Песнь о Евпатии Коловрате

СКАЗАНИЕ
О ЕВПАТИИ КОЛОВРАТЕ, О ХАНЕ БАТЫЕ,
ЦВЕТЕ ТРОЕРУЧИЦЕ, О ЧЕРНОМ ИДОЛИЩЕ
И СПАСЕ НАШЕМ ИИСУСЕ ХРИСТЕ 

1 

За поёмами Улыбыша
Кружат облачные вентери.
Закурилася ковыльница
Подкопытною танагою. 

Ой, не зымь лузга-заманница
Запоршила переточины,-
Подымались злы татарове
На зарайскую сторонушку. 

Задрожали губы Трубежа,
Встрепенулись очи-голуби,
И укромы крутоборые
Посолонью зачаведели. 

Не ждала Рязань, не чуяла
А и той разбойной допоти, 

Под фатой варяжьей засынькой
Коротала ночку темную. 

Не совиный ух защурился,
И не волчья пасть осклабилась,-
То Батый с холма Чурилкова
Показал орде на зарево. 

Как взглянули звезды-ласточки,
Загадали думу-полымя:
Штой-то Русь захолынулася?
Аль не слышит лязга бранного? 

Щебетнули звезды месяцу:
"Ай ты, Божие ягнятище!
Ты не мни траву небесную,
Перестань бодаться с тучами. 

Подыми-ка глазы-уголья
На святую Русь крещеную,
Да позарься в кутомарии,
Что там горами ерошится?". 

Как взглянул тут месяц с привязи,
А ин жвачка зубы вытерпла,
Поперхнулся с перепужины
И на землю кровью кашлянул. 

Ой, текут кровя сугорами,
Стонут пасишные пажити,
Разыгрались злы татарове,
Кровь полониками черпают. 

Впереди ль сам хан на выпячи
На коне сидит улыбисто
И жует, слюнявя бороду,
Кус подохлой кобылятины. 

Говорит он псиным голосом:
"Ой ли, титники братанове,
Не пора ль нам с пира-пображни
Настремнить коней в Московию?" 

2 

От Ольги до Швивой Заводи
Знают песни про Евпатия.
Их поют от белой вызнати
До холопного сермяжника. 

Хоть и много песен сложено,
Да ни слову не уважено,
Не сочесть похвал той удали,
Не ославить смелой доблести. 

Вились кудри у Евпатия,
В три ряда на плечи падали.
За гленищем ножик сеченый
Подпирал колено белое. 

Как держал он кузню-крыницу,
Лошадей ковал да бражничал,
Да пешнёвые угорины
Двумя пальцами вытягивал. 

Много лонешнего смолота
В закромах его затулено.
Только нет угожей засыньки,
Чернокосой побеседнушки. 

Не одна краса-зазнобушка
Впотайную по нем плакала,
Не один рукав молодушек
От послезья продырявился. 

Да не любы, вишь, удалому
Эти всхлипы серых журушек,
А мила ему зазнобушка,
Што ль рязанская сторонушка. 

3 

Как гулял ли, хороводничал
Удалой-те добрый молодец
И Ольгу ли волноватую
В молоко парное вспенивал. 

Собирались злы татарове,
На Москву коней шарахали.
Собегалися боярове
На кулажное устанище. 

Наряжали побегушника,
Уручали серой грамотой:
"Ты беги, буди, детинушка,
На усуду свет Евпатия". 

Ой, не колоб в поле котится
На позыв колдуньи с Шехмина,-
Проскакал ездок на Пилево
Да назад опять ворочает. 

Крутозыбы волны белые,
Далеко их видно по лугу.
Так и мечутся, яруются
Укусить седое облако. 

Подскакал ездок ко берегу,
Тянет поводы на быстрицу,
Да не лезет конь в сумятицу,
В две луны подковы вытянув. 

Как слезал бегун, задумывал:
"Ай, с чего же речка пенится?
Нет ни чичерного сиверка,
Ни того ль лесного шолоха". 

4 

Да вставал тут добрый молодец,
Свет Евпатий Коловратович,
Выходил с воды на посолонь,
Вытирался лопушиною. 

Утихала зыбь хлябучая,
Развивались клубы пенные,
И надводные коряжины
По-лягвачьему пузырились. 

А и крикнет побегушниче:
"Ой ты, лазушновый баторе!..
Ты беги, померяй силушку
За Рязанью над татарами". 

5 

На узёмном погорелище
За Коломной бабы хныкают.
В хомутах и наколодниках
Повели мужей татаровья. 

Хлыщут потные погонщики,
Подгоняют полонянников,
По пыжну путю-дороженьке
Ставят вехами головушки. 

У загнетки неба синего
Облака горят, поленища,
На сухменьи ель-ухватище
Пламя-полымя ворочает. 

Не кухта в бору замешкалась
И не лышник чешет бороду,
Ходит Спасе, Спас-угодниче
Со опущенной головушкой. 

Отворялась Божья гридница
Косятым окном по нудышу,
Выходила Троеручица
На крылечко с горней стражею. 

И шумнула мать пелеганцу:
"Ой ты, сыне мой возлюбленный,
Помути ты силу вражию,
Соблюди Урусь кондовую". 

Не убластилося Батыю,
Не во сне ему почуялось,
Наяву ему предвиделось -
Дикомыти рвут татаровье. 

Повернул коня поганище
На застепное пристанище,
За пожнёвые утырины,
На укрепы ли козельские. 

Ой, бахвалятся провытники
Без уёму, без попречины.
За кого же тебя пропили,
Половецкая любовница? 

6 

У Палаги-шинкачерихи
На меду вино развожено.
Корачевые кумашницы
Рушниками занавешаны. 

Не облыжники пеняются,
Не кусомни-поминушники,-
Соходилися товарищи
Свет хороброго Евпатия. 

Говорит-гудит детинушка:
"Ой ли, други закадышные,
Не пора ль нам тыквы-головы
Попытать над ятаганами? 

Не назря мы, чай, за пожнями
Солнце стрелами утыкали,
Не с безделья в стены райские
Два окошка пробуравили". 

Не загулины кувекали,
Не тетерники скликалися,
А удалые головушки
С просулёнами прощалися. 

Плачут засыньки по дружникам,
По Евпатию ль все Ольговичи.
Улетают молодикочи
Во погоню на потравников. 

Ой, не суки в тыне щенятся
Под козельскими корягами,
Налетала рать Евпатия,
Сокрушала сыть поганую. 

Защемило сердце Батыя,
Хлябушиной закобонилось.
Не рязанцы ль встали мертвые
На угубу кроволитную? 

7 

А на райских пашнях побрани -
Спорит идолище с Господом:
"Ты отдай победу выкрому,
Правоверу мусульманину". 

Говорит Господь узывчиво:
"Ай ты, идолище черное,
У какой ты злюки-матери
Титьку-вишенье высасывал?" 

Бьются соколы-дружинники,
А не знают волю сполову.
Как сидеть их белым душенькам
В терему ли, в саде райскоем. 

Стонет идолище черное,
Брови-поросль оторачает.
Как кипеть ли злым татаровьям -
Во смоле, котлах кипучиих. 

Скачет хан на бела батыря,
С губ бежит слюна капучая.
И не меч Евпатий вытянул,
А свеча в руках затеплилась. 

Не березки-белолипушки
Из-под гоноби подрублены,
Полегли соколья-дружники
Под татарскими насечками. 

Не карачевое гульбище,
Не изюм-кутья поминная -
Разыгрались злы татаровья,
Кровь полониками черпают. 

Возговорит лютый ханище:
"Ой ли, черти-куралесники,
Отешите череп батыря
Что ль на чашу на сивушную". 

Уж он пьет не пьет, курвяжится,
Оглянётся да понюхает:
"А всего ты, сила русская,
На тыновье загодилася". 

________ 

От Ольги до Швивой Заводи
Знают песни про Евпатия.
Их поют от белой вызнати
До холопного сермяжника. 

1912. Великий пост